Андрей Максимов

Педагог

Писатель

Психофилософ

Телерадиоведущий

 +7 916 129 73 97,  Фарида

сотрудничество, запись на консультации

Статьи


Не учите меня жить!

Фото: Валерий Шарифулин/ ТАСС
 
Прошедшую неделю мне регулярно звонили из разных изданий и просили прокомментировать "вопиющий", как сказал один из звонивших, факт: известный артист, которому за восемьдесят, женился на девушке, которой за двадцать.
читайте также
 

Звонившие требовали выразить свою позицию, причем немедленно. Звонившие атаковали так рьяно, будто речь шла о жизненно важном деле. Звонившие были эмоциональны и несдержанны.

 

- Как же так, Андрей Маркович! - кричала трубка. - Это же безобразие! Это же ни в какие ворота буквально! Вы должны высказаться! Ему за восемьдесят, ей - за двадцать: как же так?!

 

Как же так, думал я, кто и когда убедил нас в том, что мы имеем право вмешиваться в любовь двух людей? Когда наше любопытство вышло за рамки приличий и начало разгуливать на свободе, не сдерживаемое никем и ничем? Когда любовь из сферы интимной превратилась в объект всеобщего обсуждения? Почему мы считаем себя вправе обсуждать поступки людей вполне взрослых?

Одна из величайший женщин ХХ века принцесса Диана погибла только потому, что весь мир счел себя вправе вмешаться в ее личную жизнь. Мир можно понять: знаменитая женщина, принцесса как никак...

 

Эта смерть могла бы стать предупреждением: когда в отношения двоих вмешивается толпа - добра не жди. Принцессу Диану было жалко, я сам видел, как оплакивали ее так называемые "простые русские женщины". Оплакав, "простые русские женщины" шли обсуждать роман очередной кино- или телезвезды.

 

Какое кому дело, почему пожилой человек, который, к слову сказать, потерял сына и от которого ушла любимая женщина с двумя маленькими сыновьями, решил не хоронить себя, а начать новую жизнь?

 

Наше любопытство вышло за рамки приличий и начало разгуливать на свободе, не сдерживаемое никем и ничем

Какое кому дело, почему молодая девушка полюбила немолодого человека? Разве кто-то заглядывал ей в душу, в сердце? И разве это возможно сделать?

 

Пусть себе живут как хотят. Нравится это нам или нет, - не имеет никакого значения. Это дело двоих.

Не позволяем. Весь Интернет истек желчью: куда он лезет, старик...

 
Увы, мы слишком часто воспринимаем старость как вину. Пожилой режиссер снял кино: несмотря на свой возраст, режиссер снял энергичное кино. Если пожилой человек попадает в автомобильную аварию: кто этого старика пустил за руль. Если пожилой человек высказывается по текущим событиям: много он понимает, старик.
 

Мы почему-то очень любим вычеркивать из жизни людей, вся вина которых - возраст. "Ну, не может, - орет Интернет, - человек, которому за восемьдесят, полюбить. Это противоестественно".

 

А что ему делать, восьмидесятилетнему, по больницам ходить и пить лекарства? И, главное, какое право мы имеем указывать кому бы то ни было, как ему жить и как влюбляться?

 

Я к кому обращаюсь? К обществу? Никак нет. Общество будет продолжать обсуждать личную жизнь знаменитых людей с пристрастием и интересом. И смотреть дневные ток-шоу под девизом "Женщины актера N". И читать книжки, в которых знаменитые (и не очень) мужчины и женщины рассказывают о своих любовях. И открывать журналы со статьями "Актер Y признался, почему он ушел от актрисы Z". И с этим ничего не поделаешь.

 

Тем более если актер Y и актриса Z сами не против про все это поведать.

Известная телеведущая рассказывает про свой развод с режиссером. А в следующем номере журнала этот режиссер предлагает собственную версию развода. У этой пары есть дети, которые читают, как публично мама с папой выясняют, кто из них больше гад. Я знаю и телеведущую, и режиссера, и даже люблю их. Думаю, может, они с ума сошли?

 

Бесконечно радостно (или с плохо сыгранной печалью) рассказывая о своей личной жизни, наши звезды приучили нас к тому, что в чужую любовь можно вмешиваться. Пиар - он, как крокодил: все съест, переварит и выбросит наружу.

 

И не желает общество разбираться: кто хочет рассказывать про личное, а кто - нет; кому противно пускать в свою спальню, а кто радостно открывает в нее двери. Общество можно понять: если Y радостно рассказывает о себе, то кто запрещает мне что-нибудь узнать про Х, даже если этот Х - затворник?

 

Мы слишком часто воспринимаем старость как вину

Нет, к обществу обращаться бессмысленно: оно уже подсело на эту "желтую наживку". Это напоминает огромное партийное собрание из относительно недавних советских времен, когда вся страна обсуждает личное дело кого-то и выносит свой вердикт. Если людям нравится копаться в чужом грязном белье, нелепо кричать им: "Это занятие противное!" Прослывешь морализатором, вот и все.

 

Но вот удивительное дело: за всю свою жизнь я лично не встречал ни одного человека, который бы считал правильным вмешиваться в личные отношения двух людей. Теоретически мы понимаем, что лезть в чужую спальную нехорошо. Но почему-то радостно прикладываемся к замочной скважине: разглядеть, как поживает чужое грязное белье.

 

Поэтому, если и есть смысл к кому-то обращаться, то к конкретному человеку, который - спасибо отдельное за это - читает мою колонку. Я не призываю радоваться за пожилого человека, который не испугался влюбиться в восемьдесят с лишним лет. Или огорчаться за него.

 

Я вообще ни к чему не призываю. Может, разве - подумать: каждый имеет право жить и любить так, как он хочет. Мне кажется, обсуждать чужую любовь - унизительно для обсуждающего.

 

В знаменитом фильме моей юности Авербаха и Рязанцевой "Чужие письма" пожилая учительница говорит: "Почему нельзя читать чужие письма? Просто нельзя, и все".

 

Есть такие вещи, которые "просто нельзя и все". Без объяснений. Нельзя - потому, что мы люди. И все.

 

 

 
 
Все Статьи
Расписание лекций